БЫЛ ЛИ АЛЕКСАНДР I В АНАПЕ

0
609

Среди российских императоров лишь один, как утверждают исторические летописи, побывал в Анапе. Это Николай I, визит которого сюда  в 1837 году обсмаковали поминутно многие СМИ:  сколько был, что смотрел, что сказал, что ел, что пил и т.д. Между тем, есть в истории России еще один самодержец, вокруг имени которого, особенно после его смерти, ходит множество разговоров. Конечно, речь идет об Александре I, скончавшемся в 1825 году в Таганроге в цветущем возрасте 47 лет. Смерть его, как все помнят, привела к восстанию декабристов. Но сегодня о восстании не будем, а поговорим о самом императоре и его возможном неизвестном визите в нашу Анапу.

По многим оценкам, Александр I  был самым красивым из российских императоров. Умен, начитан, владел несколькими языками. Искусный политик и дипломат. В истории России остался как победитель Наполеона и великий реформатор. Большой любитель женского пола, поскольку отдаться самому императору, как сами понимаете, охотниц было хоть отбавляй. А еще над ним довлела печать «отцеубийцы», поскольку в смерти его отца, императора Павла I, без Александра не обошлось.

Все это привело к тому, что уже на пятом десятке лет  Александр I  стал все чаще обращаться к Богу. Начал признаваться друзьям, что он «устал от жизни» и хочет пожить простолюдином.

Но потом последовала злополучная поездка в Таганрог, где он простудился и умер 1 декабря 1825 года. Гроб доставили в Петербург, когда его вскрыли, многие императора не узнали, поскольку лицо выглядело очень почерневшим. Пошли упорные разговоры, что в гробу находилось тело погибшего в Таганроге фельдъегеря Маскова, который имел сходство с Александром I, был неизвестно где похоронен, а семья самого фельдъегеря почему-то прибыла в Петербург вместе с императорской похоронной процессией.

Дальше, конечно, многие читали о таинственном старце Федоре Кузьмиче, появившемся через 11 лет в Сибири, в котором современники узнавали бывшего императора. Но о сибирских событиях чуть позже. Поразмышляем как раз о тех 11-ти годах, когда о возможно «ожившем» императоре ничего абсолютно неизвестно.

Известно, что Александр I  после Таганрога собирался посетить Крым и Кавказ, познакомиться с освобожденной от турков и горцев и присоединенной к России территорией.

Мог ли он отправиться, «воскреснув» туда под личиной простолюдина? Да запросто, потому что ему уже ничего не мешало, и не держало, тем более, что жена его, Елисавета Алексеевна, скончалась вскоре вслед за мужем.

Путешествовать по Крыму и Кавказу – это не на джипе разъезжать. И даже не в карете. Чтобы ногами все протопать, нужны долгие месяцы и годы. А тут как раз в 1828 году подоспел и последний, шестой по счету, штурм Анапы, после чего крепость стала навсегда российской. Сюда хлынули ходоки со всех мест. Мог ли затесаться среди них 50-55-летний почтенный (по тем временам) старец? Мог. Вот и бродил по улочкам Анапы никем не опознанный дедок, глазел на солдатский быт, заглядывал в оконца на жизнь первых анапчан…

   Это сегодня Анапа – благословенный природой уголок, «кусочек рая». А в первой половине XIX  века и Анапа, и все Черноморское побережье таким раем не казалась – малярия, комары, болота… Недаром осваивать Черноморское побережье царское правительство вначале отправляло ссыльных! Так что родившемуся в Санкт-Петербурге «северянину»  Александру I вряд ли понравилась наша Анапа, жить здесь он раздумал, и через десяток лет свои стопы повернул на Сибирь.

Что же затем происходило в Сибири?

Осенью 1836 года к одной из кузниц, расположенной на окраине города Красноуфимска Пермской губернии, подъехал высокий старик крестьянин с длинной окладистой бородой. Кузнец обратил внимание на то, что лошадь под стариком была хорошей породы, да и живость, и манера речи мужика крестьянскими отнюдь не были. Кузнец начал расспрашивать старика, где купил он такую лошадь, откуда едет, но старик отвечал неохотно, неопределенно, и кузнец задержал его и отвел в Красноуфимск, в полицию. Старик при этом ни малейшего сопротивления не оказал.

На допросе назвался он крестьянином Федором Кузьмичом и объявил, что он — бродяга, не помнящий родства. Его посадили в тюрьму, затем высекли плетьми и сослали в Сибирь. 26 марта 1837 года Федор Кузьмич был доставлен с 643-й партией каторжан в село Зерцалы и определен в работу на каторжный Краснореченский винокуренный завод.

Здесь отличался он от всех прочих незлобивостью, смирением, хорошей грамотностью и слыл за человека праведной жизни и великого ума.

В 1842 году казак соседней Белоярской станицы С. Сидоров уговорил старца переселиться к нему во двор и для того построил Федору Кузьмичу избушку-келью. Старец согласился и некоторое время спокойно жил в Белоярской.

Здесь случилось так, что в гостях у Сидорова оказался казак Березин, долго служивший в Петербурге, и он… опознал в Федоре Кузьмиче императора Александра. Вслед за тем опознал его и отец Иоанн Александровский, служивший ранее в Петербурге полковым священником. Он сказал, что много раз видел императора Александра и ошибиться не мог.

После этих встреч старец ушел в Зерцалы, а оттуда в енисейскую тайгу на золотые прииски и проработал там простым рабочим несколько лет.

Потом — с 1849 года — жил старец у богатого и набожного краснореченского крестьянина И. Латышева, который построил для Федора Кузьмича возле своей пасеки маленькую избушку.

Уместно будет заметить одну любопытную подробность: особенно торжественным для себя днем Федор Кузьмич почитал день святого Александра Невского и отмечал его так, как если бы это был день его именин. Старец в этот день бывал весел, ел то, от чего обычно воздерживался, и часто вспоминал, как раньше проходил праздник Александра Невского в Петербурге.

Федора Кузьмича в Краснореченске однажды посетил Иркутский епископ Афанасий и, к удивлению многих, долго говорил с ним по-французски.

Вспоминают и такое. Какой-то бывший дворцовый петербургский истопник был сослан в одну из соседних деревень, заболел и попросил, чтобы его привели к старцу, излечивавшему многих недужных. Его товарищ по ссылке, тоже бывший придворный истопник, привел больного к старцу. Когда больной услышал знакомый голос императора, то упал без чувств!

Десятки людей потянулись за исцелением к Федору Кузьмичу со всех сторон. И он снова ушел на другое место, поселившись возле деревни Коробейниково. Но и здесь его не оставляли в покое. Многие простые люди, приходившие к нему за советом и исцелением, не раз замечали возле избушки старца знатных господ, дам и офицеров.

Он прожил возле деревни Коробейниково с 1851 по 1854 год и опять переехал в Краснореченское. Теперь Латышев построил ему еще одну избушку, в стороне от дороги, на самой горе, у обрыва.

Как-то Федор Кузьмич разговорился с бедной крестьянской девушкой из Краснореченска — Александрой, которой посчастливилось в Почаевской лавре разговаривать с Николаем I. Между прочим она сказала, что видела там же портрет императора Александра I и удивилась их сходству, заметив, что на портрете Александр так же держал руку за поясом, как и Федор Кузьмич. При этих словах старец изменился в лице и вышел во вторую комнатку, повернувшись к девушке спиной, но она все равно заметила, что он беззвучно заплакал и рукавом рубахи стал вытирать слезы.

В 1858 году некий С. Хромов уговорил Федора Кузьмича переехать к нему в Томск. В доме Хромова Федор Кузьмич прожил шесть лет. Там произошло множество интересных случаев, из которых нельзя не упомянуть хотя бы о некоторых.

Чиновница Бердяева захотела снять квартиру в семейном доме и зашла к С. Хромову. Там она неожиданно столкнулась с Федором Кузьмичом и, увидев его, упала в обморок. Придя в себя, она объяснила происшедшее тем, что в старце признала Александра I, которого довелось ей видеть.

В доме С. Хромова часто бывал некто И. Зайков. Он вспоминал, что «старец был глуховат на одно ухо, потому говорил немного наклонившись (Александр был с юности глуховат на одно ухо, получив травму при учебных артиллерийских стрельбах). Во время разговоров с гостями обсуждались всевозможные вопросы: государственные, политические и общественные. Говорили иногда на иностранных языках и разбирали такие вопросы и реформы, как всеобщая воинская повинность, освобождение крестьян, война 1812 года, причем старец обнаруживал такое знание этих событий, что сразу было видно, что он был одним из главных действующих лиц».

Известный томский краевед И. Чистяков, близко знавший Федора Кузьмича, писал: «Рассказывая крестьянам или своим посетителям о военных походах, особенно о событиях 1812 года, он как бы перерождался: глаза его начинали гореть ярким блеском, и он весь оживал… Например, рассказывал он о том, что, когда Александр I в 1814 году въезжал в Париж, под ноги его лошади постилали шелковые платки и материи, а дамы бросали на дорогу цветы и букеты; что Александру это было очень приятно; во время этого въезда граф Меттерних ехал справа от Александра и имел под собой на седле подушку».

В конце 1863 года силы стали покидать старца, которому, по его словам, шел уже 87-й год. (Вспомним, что Александр родился в 1777 году — и здесь возраст и того и другого совпадает.)

Федор Кузьмич скончался в своей избушке, 20 января 1864 года. Его похоронили на кладбище Томского Алексеевского мужского монастыря.

Свидетели жизни старца в Сибири добавляют, что Федор Кузьмич был необыкновенно чистоплотен, ежедневно менял чулки и имел всегда очень тонкие носовые платки. Иногда замечали, что, оставаясь один и не подозревая, что за ним наблюдают, он ходил четким военным шагом, отбивая такт и отмахивая рукой…

Надо сказать, что семья Романовых, наслышавшись о старце, провела после его смерти собственное расследование и причастность Федора Кузьмича к династии отрицала. Вместе с тем любопытная деталь. Почерковеды сравнили почерки Александра I  и Федора Кузьмича – они оказались практически идентичны.

Сегодня современная наука благодаря открытию ДНК вполне располагает возможностями установить истину, только для этого необходима эксгумация. Поэтому в поисках этой самой истины пока никто не торопится. И все же рано или поздно мы эту одну из самых больших тайн в истории России узнаем…

Г. ВОЙТЕНКО, газета «ЧЕРНОМОРКА» Анапа

Добавить комментарий

Авторизуйтесь для добавления комментария через соцсеть: